...морская болезнь (из экономии купил он билеты в третий класс). И княжна проводила часы в прогулках по палубе, более напоминавшей тесно заставленный людьми и вещами узкий коридор. Не замечая сутолоки и красноречивых мужских взглядов, она переживала произошедшее. Понимая вполне, что винить надобно только себя, размышляла она о муже, о горестях будущей жизни за морем, а более всего – о призраке графа, являвшемся ей постоянно. И убеждала себя в святости супружеских уз, и клялась быть хорошей женою и любить чад своих. Заглядывая наперёд, полагала себя, за отсутствием иных поприщ, домашней учительшей в состоятельных...

                    * * *

...Основаниями такого сидения были вина пред женою и охранение денег, кои полагал он теперь залогом их будущего счастья (обнаруженные братнины франки почёл он за положенное женою украдкой приданое). Молодой человек был не без сердца: переживал искренно, когда прознал о готовившейся свадьбе с графом К*** по самой что ни на есть любви. И чем покойнее вела себя та, кого не было озорнее всего три недели тому, тем острее росла в душе его необходимость объясненья. В этой мысли его утвердило и нежданное появление в каюте жены. Вошед, она сыскала иглу с ниткой и, штопая порваную манжету, молвила возможно спокойнее, не поднимая глаз от работы:
– Вы теперь мой муж, сударь, и кончим на этом наши недомолвки. Менять что-либо поздно и не в нашей власти. Я буду верна Вам. Попомните только: лжи и обид я прощать не умею.